/ Архив / / История / / Контакты / / Коллектив / / Подписка / / Реклама /                      / Блоги /    

Школа после освобождения

Воскресенье, 13 июля, 2014

Период восстановления народного хозяйства у нас неплохо известен, хотя и не без «белых пятен». А вот о том, как возрождалось образование, известно мало. Хотя это не менее интересная страница в истории нашего города.

В предвоенные годы шло интенсивное развитие системы образования. Только с 1928 г. по 1940 г. было построено 47 новых школьных зданий. В 1940 г. в Горловке уже действовало 68 школ, в которых занимались 33 тыс. учащихся. Война прервала не только развитие системы образования, были разрушены и предприятия, и жилой фонд, и многие здания. О понесенных потерях, в частности, можно судить по тому, что в 1944-1945 учебном году в Горловке работало всего (или уже) 13 средних, 5 неполных и 25 начальных школ. А 2 апреля 1949 года, в письме трудящихся города в ЦК КП(б)У и Совет Министров УССР, сообщалось, что в городе работает 71 школа: 14 средних, 19 семилетних и 38 начальных, в которых обучается 29480 учащихся.

Приведенные цифры могут сказать многое. И не только об уменьшении количества школьников, но и об уровне образования, ведь количество начальных школ было больше, чем средних и неполных средних. Иными словами, сначала надо было обеспечить хотя бы минимальный уровень знаний, без которого учащиеся не смогли бы стать квалифицированными работниками, а потом уже мечтать о среднем образовании. Кстати, об этом свидетельствует и обязательство трудящихся в письме в ЦК КП(б)У и Совет Министров УССР 2 апреля 1949 года: «обеспечить осуществление всеобщего среднего обучения, охватив всех детей учебой». Для чего предполагалось дополнительно открыть 3 средних и 5 семилетних школ, в том числе в 1949 году восстановить 2 школьных здания и построить одну новую, Дворец пионеров, создать фонд всеобуча для оказания материальной помощи сиротам и полусиротам в сумме не меньше 200 тыс. рублей и т.д. Как видим, снова приоритет отдается неполной средней школе. Но и до этого уровня надо было еще дойти…

В 1943 году, после освобождения Горловки, был создан городской отдел народного образования, на который и возлагалось дело возрождения и развития системы образования. Заведующим гороно стал К.И. Захаренко. В последующих приказах речь шла об организации школ, в том числе неполно-средних и средних школ рабочей молодежи, так как пробелы в образовании были в те тяжкие годы не только у детей, но и у подростков постарше, которым вместо книг пришлось взяться за винтовку или стать за станок. Для этого надо было подготовить соответствующие условия, выполнив огромный объем работ, о чем свидетельствуют документы.

Например, в приказе № 36 от 8 декабря 1943 года директору СШ № 24 приказывалось: закончить ремонт школьного здания, открыть швейную, сапожную и плотницкую мастерские, наладить методическую и воспитательную работу, открыть 8-й класс и вечернюю школу переростков, работающих на предприятиях, завезти топливо на весь отопительный сезон, организовать горячие завтраки для учащихся и о проделанной работе доложить уже 25 декабря! Можно только представить, сколько сил и энергии со стороны директора потребовалось для выполнения этого приказа. И такая школа была не одна. А одновременно надо было еще и налаживать учебный процесс, уровень которого оставлял желать лучшего.

Об этом говорят результаты инспекторской проверки в декабре 1943 г. работы городских школ – СШ № 73 и № 74. «Школы имеют плохие показатели успеваемости учащихся за первую четверть и плохую дисциплину в школе и вне школы, – говорилось в приказе № 37 гороно. – Учащиеся, особенно в младших классах, в большинстве неопрятно одеты, у многих грязные руки и ногти, волосы на голове у мальчиков в беспорядке, к концу занятий в классах и коридорах грязно». Вроде жесткий вердикт, но он отображал реальности того времени, когда дети отвыкли или еще не привыкли к занятиям, а в самом городе царили разруха и полная антисанитария, были проблемы с водоснабжением.

Красноречивым в этом плане является протокол заседания исполкома горсовета от 19 сентября 1944 года: «Исполком отмечает вспышку желудочно-кишечных заболеваний (брюшной тиф на шахте № 4/5, алебастровом заводе, единичные случаи на промышленных предприятиях, жилищно-коммунальных и пищевых объектах), несмотря на неоднократные обязательные постановления исполкома. Горловский Горкомхоз не организовал трест «Горочистки», в результате первоочередные объекты (школы, больницы, детские ясли, крупные домовладения и городские учреждения) находятся в антисанитарном состоянии». Несмотря на это, администрации школ, учителя совместно с родителями делали все возможное, чтобы привести в порядок школьные здания, произвести ремонт, создать наиболее благоприятные условия для занятий, пробудить у ребят интерес и тягу к знаниям.

К сожалению, этому не способствовала материально-техническая база учебных заведений. Не хватало самого необходимого: от мебели и школьных досок до мела, карт и учебных пособий. Не хватало и учителей. Многие погибли в ходе боевых действий, многие находились в эвакуации. В 1943-1944 учебном году в регионе оставалось только 37,3% довоенной численности учителей. Чтобы заполнить образовавшийся «вакуум», началась реэвакуация учителей из восточных районов СССР. Тех, кто имел педагогическое образование, но работал не по специальности, возвращали в школы. Вернулись даже к системе подготовки кадров через курсовую систему, но даже при этом более почти половины учителей не имели соответствующего образования. В качестве стимула была повышена зарплата учителям. Однако ее размеры не могли угнаться за ценами на рынках, приходилось довольствоваться тем немногим, что можно было получить по карточкам. Разумеется, тяжело в материальном плане приходилось всем, не только учителям, но и их ученикам, которым нередко приходилось делиться друг с другом кусочком хлеба. Встречались жалобы на отсутствие у детей обуви, одежды, что препятствовало некоторым ребятам посещать школу.

Вот как вспоминает о школьных годах Л.Т. Костенко, который стал первоклассником 1 сентября 1945 года: «Первый мой портфель был сшит из брезента. Тетрадки я с помощью сестры делал из желтой плотной бумаги, распарывая мешки из-под цемента. Сшитые в тетрадь листы разлиновывали «в линию», «в клеточку», «в косую линию». Для многих трудной дисциплиной была каллиграфия. Мы писали тогда тонким перышком, макая его в чернильницу-непроливайку, с наклоном, с нажимом. Иногда капля чернил с пера капала на страницу и получалась клякса. Это означало снижение оценки, как бы красиво ты не писал». Учебники давали один на троих. Обходились, «не скиглили». Уроки старались сделать, пока светло, потому что вечером, при свете «коптилки» (ватный фитиль в блюдце с постным маслом), заниматься было труднее».

Вообще недостатков в школах в те годы было очень много. К примеру, даже такой, казалось бы, простой вопрос, как поведение учащихся. Проверка некоторых школ в феврале 1944 года показала, что «Правила поведения учащихся» не внедряются, а нарушаются самими учителями. Учителя на уроках сидят в головных уборах, ученицы также». И ссылки на то, что в классах холодно, не действовали: правила есть правила, их надо выполнять, показывая личный пример. Кстати, правила регламентировали посещение мальчишками и девчонками школы, подготовку к урокам, поведение в школе и дома, в общественных местах. В 1944 г. постановлением Совета Министров УССР вводились экзамены и предусматривалось награждение золотыми и серебряными медалями за успехи в обучении, что имело положительное влияние на процесс обучения подрастающего поколения.

Одновременно решался вопрос о полном привлечении детей и подростков к учебе. Для этого в феврале 1945 года начали организовывать индивидуальное обучение на дому с тем, чтобы подготовить их к переводным и выпускным экзаменам. В общем, экстремальные условия требовали и неординарных решений. Так, в сентябре 1945 г., чтобы ослабить напряженность с педагогическими кадрами, в женских средних школах начали создаваться одиннадцатые педагогические классы. Получив среднее образование, девушки продолжали учебу, и за год получали диплом учителя 1-4-х классов. Была возобновлена и система заочного педагогического образования. В 1944 г. в школе даже была отменена практика социалистического соревнования, что только способствовало повышению авторитета учителя. Однако до конца войны проблему с кадрами решить так и не удалось.

Возможно, поэтому на педагогические должности попадали и случайные люди. Так, судя по приказу гороно
№ 56 от 28 апреля 1945 г. (буквально за полторы недели до окончания войны!), «учительница неполной средней школы С. (она же старшая пионервожатая) к работе в школе относилась недобросовестно. Кроме того, она написала мужу бывшего директора школы – офицеру Красной Армии лживое письмо (анонимку), в котором незаслуженно оклеветала его супругу как жену и мать, в результате чего ее муж заболел и попал в госпиталь». Разумеется, такие «кадры» ничему хорошему ребят не могли научить, поэтому С. была уволена, а горкому комсомола было предложено обсудить поступок С. и привлечь ее к строжайшей ответственности. Но подобных людей в педагогической среде было все же немного, а подавляющее большинство действительно отдавало все свои силы обучению и воспитанию детей. В том числе и трудовому обучению, чтобы привить ребятам и практические навыки, которые необходимы в жизни.

Среди них были и агротехнические знания. В 1945 году появляется приказ гороно «О пришкольных хозяйствах». За школами закреплялись определенные участки земли, создавались бригады и звенья, которые должны были подготовить землю к севу, озеленить усадьбы школ, осуществить посадку фруктовых деревьев, цветов. Каждый учащийся должен был в течение сезона проработать на пришкольном участке: 1-2 классы – 80 часов, 3-4 классы – 100 часов, 5-7 классы – 150 часов, 8-10 классы – 200 часов. Сюда, кстати, включалось и время сельхозработ в ближайших совхозах и колхозах. Были ли заинтересованы учащиеся в подобных работах? Например, урожай с пришкольного участка распределялся так: 60% урожая поступало в фонд организации горячих завтраков учащихся и работников школы; 25% – бесплатно распределялось между учащимися, 10% – между учителями и техперсоналом школы по количеству затраченного ими труда, 5% – заведующему пришкольным участком. Таким образом, каждый видел и мог воспользоваться результатами своего труда, что было, наверное, лучшим стимулом.

Ну а результаты работы учителей отразил приказ гороно от 30 августа 1945 года, в соответствии с которым 40 учителей были награждены Почетными грамотами и занесены в Книгу почета, а 16 учителям была объявлена благодарность с занесением в трудовую книжку.

По материалам книг: П. Жеребецкий «Горловка», «Історія Горлівки в документах і матеріалах», ч. 2, «Перед именем твоим. История одного экспоната», «След войны в истории моей семьи. История одного экспоната».



В связи с обострением политического кризиса и гражданского противостояния, а также участившимися призывами к сепаратизму и агрессии, комментарии под материалами сайта временно отключены.

Подписка на газету



МОДЕРН


Комфорт Плюс


Праздники Украины

Любишь журналистику?     

2006-2014 © Все права принадлежат - «Кочегарка»
При использовании материалов ссылка (для интернет-изданий - гиперссылка) на издание ОБЯЗАТЕЛЬНА!
Редакция может не разделять точку зрения авторов статей и ответственности за содержание републицируемых материалов и новостей не несет.
Наш адрес: 84617, Донецкая область, г. Горловка, ул.Горького, 35. Тел.: 8 (06242) 7-36-07; т/факсы: 4-64-69, 4-64-55, 4-64-49. E-mail: kochegarka_red@mail.ru
  • Рейтинг@Mail.ru
  • Яндекс цитирования