Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

40 дней по жертвам налета в «Привате». Друзья и знакомые: «За что их убили?»

Погибшие покоятся на 5 кладбищах области, к ним едут сотни дончан.

Донбасс продолжает скорбить по жертвам налета на «Приватбанк», зверски убитым 29 декабря прошлого года. Сегодня, 6 февраля — 40 дней со дня смерти управляющей вип-отделением банка Елены Отачкиной, менеджеров Татьяны Шевцовой и Елены Гиниятуллиной, кассира Татьяны Бурцевой и охранника Вадима Бондаренко.

В минувшие субботу и воскресенье сотни людей — родственники, друзья и знакомые погибших — приехали на могилы и отстояли панихиду. Привозили цветы на могилы даже абсолютно посторонние люди. «Я никак с девушками не связан. Просто мне кажется, что они умерли ни за что и так страшно. Такое может случиться с каждым», — рассказал «Сегодня» дончанин Сергей, который привез цветы на могилу Елены Отачкиной на Ново-Игнатьевское кладбище. Возле могил было очень много коллег погибших — специальных мероприятий «Приватбанк» в связи с 40 днями не организовывал, но работники банка разделившись (многие были знакомы сразу со всеми погибшими) приехали на разные кладбища.

Артем Якушев был постоянным клиентом вип-отделения и общался с погибшими вплоть до налета. «Коллектив вип-центра был очень дружным, — говорит он. — Девчонки даже вместе в кино, в театр ходили. Лена Отачкина-Иванченкова была очень активным, объединяющим вокруг себя других, человеком. К ней смело можно было обращаться — могла решить любую проблему».

Лена во второй раз вышла замуж и родила долгожданного ребенка Софию. Коллеги подчеркивают, что она жила скромно, в однокомнатной квартире. «Как там пишут на форумах: «Директор отделения — это папик на работу устроил»… Да неправда это! Простая девочка из Шахтерска, из обычной семьи», — рассказал «Сегодня» работник «Привата», хорошо знавший Елену. Он говорит, что Лену приглашали в другие банки на лучшие условия, но она не хотела уходить, так как ее крохотная квартира была совсем рядом с работой, а значит Лена больше времени могла уделять дочке.

Якушев говорит, что в частности Лену Гиниятуллину видел буквально за день до трагических событий: «Она покупала себе телевизор и просто светилась от счастья». Артем вспоминает, что когда он узнал о трагедии, его не покидала только одна мысль: «За что?!». «Шок был сильный, ведь самые обыкновенные девочки», — поясняет он.

 

27-летняя Лена Гиниятуллина покоится на кладбище за военным лицеем. Лена была единственным ребенком в семье, и ее мама просто почернела от горя.

Близкая подруга Лены Гиниятуллиной дончанка Теймине вспоминает, что последний раз видела Лену 20 декабря: «Все было чудесно, она выбирала подарки близким на Новый год. Лена собиралась встречать Новый год с мамой и так как мы живем рядом, я хотела после боя курантов к ним зайти, поздравить».

Теймине говорит, что и на похороны и на 40 дней проститься с Леной к ней во двор пришло более ста человек. «Он была как солнышко, по сути еще совсем ребенок», — говорит Теймине. Маме Лены пришлось пережить двойное горе – в минувшую пятницу умер от рака отец Елены Гиниятуллиной, а воскресенье, на сороковины дочери, его похоронили.

Неподъемным горем для семьи стала смерть и Тани Шевцовой. Девушку похоронили в родном Старобешево (в Донецке она снимала квартиру). Ее мама Людмила развесила портреты дочери по всему дому, а родная тетя не сдерживала слез в разговоре с нами: «Когда человек, даже молодой, уходит из-за болезни, это можно как-то пережить, а если вот так… У всех нас один вопрос: «За что их расстреляли?!»

 

45-летний Вадим Бондаренко похоронен по месту своей прописки — в Макеевке. Он работал охранником в банке от одной их охранных фирм. Сотрудники отзываются о нем, как об очень порядочном человеке.

Напомним, что подозреваемые в налете Максим Рудычев и Сергей Ломако задержаны и содержатся в СИЗО. Рудычеву удалось предать огласке письмо к президенту Украины в котором он утверждает, что не совершал убийств в «Приватбанке». Милиция же уверяет, что доказательств его вины собрано достаточно, и все они будут предоставлены суду, который и даст им объективную оценку. В то же время правоохранители пообещали проверить и данные, изложенные Рудычевым в письме к Януковичу.

 

31-летнюю Елену похоронили на кладбище в районе донецкого аэропорта. У Лены остались муж Николай и дочь — 1,5 годовалая София. Николай отказывается общаться со СМИ.
Могила 29-летней Татьяны Бурцевой — на кладбище в Пролетарском районе. Таня в 2011 окончила торговый университет и строила планы на будущее — хотела уйти из кассы и тоже стать клиент-менеджером.

«ЛУЧШЕ БЫ УБОРЩИЦЕЙ БЫЛА!»

Тетя Тани Шевцовой, Вера Немилостивая, возглавляет отдел образования Старобешевской РГА и говорит, что в их районе Таня уже вторая жертва налетчиков: «Когда грабили «Креди Агриколь» в Донецке, погиб 36-летний экскаваторщик, из села Петровского нашего района, он кредит тогда оплачивал. А потом в Донецке опять ЧП. Я как узнала, что в «Привате», — на меня как небо упало». Туда сразу поехали трое двоюродных братьев Шевцовой — им в 19:00 возле банка сообщили страшную весть, и именно они сейчас поддерживают маму Тани, Людмилу.

 

Таня Шевцова. Накануне ЧП сделала прическу. Фото из семейного архива

Вера Немилостивая говорит, Таня ей была как дочь: отец девушки умер, а мама работала техничкой в школе. «Когда из милиции вещи забирали, у Тани в кошельке 100 грн. лежали — те, что я ей положила на мандарины, — говорит она и добавляет, что мать виделась с дочкой за день до ее гибели. — Она заезжала в отделение. Таня ей маникюр показала, новую прическу — к корпоративу готовилась».

Кстати, Вера Максимовна, когда бывала в Донецке, общалась с племянницей на улице — тетю даже с удостоверением депутата облсовета, в ВИП-центр не пускали. «Танюша была удивительным человеком… Училась в академии управления, потом в «Приватбанк» пошла работать. Лучше бы она уборщицей была, чем такая судьба», — сетует Вера Максимовна.