Старшему поколению Первомай с детства запомнился, как большой праздник, едва ли не самый главный в СССР.
День международной солидарности трудящихся отмечали помпезно: под звуки оркестров многочисленные колонны демонстрантов, украшенные красными знаменами и транспарантами, славящими не только людей труда, но и КПСС, под руководством которой советский народ уверенно шел к победе коммунизма. Бесплатные образование и медицинская помощь, бесплатное жилье, коммунальные тарифы, можно сказать, символические – почему бы и не попраздновать по такому поводу? Хотя повседневную жизнь в разные годы омрачали то голод, то война, то вечная нехватка (дефицит) продуктов питания или товаров народного потребления. Но в целом жить можно было: с голодом боролись с помощью карточной системы, с дефицитом – даванием «на лапу» продавцам (неофициальный метод) и выдачей талонов на мыло, сахар, крупу и другие товары (официальный), с нехваткой автомобилей и жилья – составлением списков очередников. И т.д. и т.п. Ну а нам, жителям Донбасса, хорошим подспорьем стало то, что регион был причислен к первой категории обеспечения – благодаря тому, что здесь работала и проживала «гвардия труда» – шахтеры. Поэтому многие наши гости удивлялись относительному изобилию продуктов в магазинах, где можно было увидеть не только сливочное масло, но и шоколадное, и даже два-три сорта хорошей колбасы. Лучше с обеспечением было только в «столиценашейродинымоскве». Так что Первомай в городах и шахтерских поселках отмечали почти вдохновенно, тем более что в этот день выносная торговля была особо щедрой на ассортимент.
После того же, как ведущая и направляющая сила нашего общества в лице КПСС (вернее, ее руководства) решила перестроить дающую сбои экономику страны на капиталистические рельсы (т.е. ввести рыночную экономику), неизбежно должно было поменяться и идеологическое наполнение Первомая. Ведь базис, согласно марксистско-ленинскому пониманию, определяет надстройку. Поэтому в уже «свободной» России в 1992 г. День международной солидарности трудящихся был переименован в «Праздник весны и труда». В Украине, как обычно, от «старшего брата» отставали, но Первомай, несмотря на запрет Компартии, не отменили – уж слишком накрепко «въелся» этот праздник в сознание людей. Только вот возникал вопрос: что именно праздновать обнищавшим и ограбленным в годы повсеместной разрухи трудящимся?
Почему-то из года в год манифестантов становится все меньше и меньше, а основная масса трудового (и не только) народа предпочитает своеобразные «маевки» – выезд на природу на шашлыки или ударный труд на дачных участках. Некоторые так и говорят: «Праздник труда отмечаем трудом – на своих «фазендах».
Но если нет повода к празднику, то Первомай мог бы стать хорошим поводом к выражению протеста против бедности, против произвола работодателей, чиновников и депутатов, которые то и дело урезают социальные права трудящихся. Конечно, по-хорошему на защите прав трудового народа должно бы стоять государство – для того оно и существует. Только его полномочные представители что-то не спешат влиться в колонны демонстрантов, выходящих на улицы в государственный(!) праздник. Да и выбираем мы во власть почему-то не тех, кто мог бы стать нашими защитниками, а все больше – господ и хозяев. Кого в этом винить?
В новых, рыночно-капиталистических, украинских реалиях должны бы «переориентироваться» профсоюзы, став в первых рядах организаторов борьбы трудового народа за свои права. Должны бы, да не стали. И, похоже, не особо к этому стремятся. Причин здесь много, но одними из главных являются кадровая проблема (засилье «бывших», прикормленных еще прежней системой, руководителей), а также воспитанная той же системой пассивность масс. Ну а тех лидеров из народа, которые могли бы «замутить» протест в рядах независимых профсоюзов, работодатели или банально покупают, или хитро выдавливают со своих предприятий. А самых непокорных и неподкупных с помощью продажных чиновников могут и за решетку посадить.
Но если ни государство, ни профсоюзы не желают бороться за социальную справедливость (а их слова на этот счет – не в счет, нужны дела), тогда остаются политические партии. Они могли бы организовать трудящихся на борьбу за свои права, в том числе и во время майских демонстраций. Только одни партии не желают этого делать из «идеологических» соображений, а другие настолько скомпрометировали себя в глазах большей части населения, что уже не вызывают у него доверия.
Возможно, со временем народ поймет, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Но не стоит бороться, условно говоря, за мир во всем мире. Надо решать реальные проблемы, существующие здесь и сейчас. И тогда на первомайскую демонстрацию выйдут рабочие горловского завода, руководитель которого в погоне за депутатским мандатом тратит огромные суммы денег на личный пиар, а своих трудящихся держит в черном теле, задерживая выплату зарплаты, размер которой ну о-очень далек от средней по городу. И будут они нести плакат: «Директор Н-ов, отдай нам нашу зарплату!». А рядом с ними будут вышагивать жители улицы Пушкинской (или какой-нибудь другой) с лозунгом: «Мэр! Убери мусорные кучи с проезжей части!». А сотрудники «крутой» по местным меркам фирмы потребуют свое, наболевшее: «Депутат Х-ло! Засунь «конверт» себе в карман! Мы требуем «белых» зарплат!». И т.д. и т.п. Глядишь, такой первомайский «пиар» горе-руководителей подвигнет их на исправление ситуации к лучшему. Вот тогда праздник и обретет свое второе дыхание, тогда-то он и станет и днем борьбы за свои права, и днем солидарности для тех, кто найдет в себе мужество прийти на него. И вовсе не обязательно для этого ждать инициативы от местных властей, профсоюзов или партий, достаточно заявки на проведение демонстрации от одной общественной организации, а их в Горловке – четыре сотни, и не все ведь они созданы для удовлетворения личных амбиций или получения иных выгод их руководителями. Так что – даешь наш, трудовой Первомай!
