В 2008 году я писала о пожилой одинокой женщине Т.М. Малышко из Горловки, которая выживает на минимальную пенсию, 500 гривен на тот момент. Решила вновь ее проведать, разузнать, как дела.
Двор выглядел заброшенным, но из входной двери нараспашку тянуло краской. Опираясь на табурет, из комнаты появилась согбенная Тамара Макаровна. Ей уже 77, передвигается с огромным трудом. Я попала к окончанию ремонтных работ: в комнатке социальный работник Ирина Бухарина докрашивала пол. Мы присели побеседовать в маленькой кухоньке. Света в пасмурный день добавляли новая краска на окнах и свежевыбеленные стены. Взгляд сразу упал на холодильник, весь в ржавых пятнах. Раньше, помнится, его не было.
– У вас «обновка»? Есть теперь, где куриные спинки хранить…
– Старенький, но работает – у соседей за двести гривен купила. Я уже два года с ним.
– А можно внутрь заглянуть?
С ее разрешения открываю дверцу. Внутри агрегат тоже ржавый. На полочках – десяток яиц, миска черешни и две поллитровые баночки с какой-то снедью. Не густо.
А хозяйка тем временем хвастает, что пенсию ей пересчитали, теперь у нее не «минималка».
– Могу себе не только спинки позволить, но и окорочка. – Тамара Макаровна указывает на кастрюльку на электроплите. Оказалось, варит суп с окорочком. – Правда, на краску для ремонта вот потратилась, теперь придется сэкономить на еде. Да и пора на уголь и дрова собирать.
Выяснилось, что на дрова необходимо потратить около семисот гривен, а уголь старушка покупает мешками. С каждой пенсии приобретает уже к следующей холодной поре один-два мешка. Сразу машину со своими «финансами» не потянет.
– Да так и удобнее: я мешки прямо в коридоре дома храню, чтоб под рукой уголь был, – объясняет она.
– А как же компенсация на топливо?
– Так той компенсации – кот наплакал. В прошлом году – всего 78 гривен, а в этом еще неизвестно.
Затем Макаровна печалится, что огород не сажен: раньше обрабатывала, лежа на табурете, но что-то сдала в этом году, не потянет. Только и урожая, что черешня – угощайтесь, доставайте ягодки. А я представляю, как женщина передвигается со своим табуретом по дому, двору, в туалет на улице. Сейчас-то тепло, а как завеет?..
– Может, вам под постоянным присмотром лучше жить, среди людей?
– В доме престарелых? Нет, я там сразу умру! Я здесь привыкла, тут все – мое. Тут хочу век доживать…
Заведующая отделом социальной помощи Никитовского терцентра М.А. Мукорез подтвердила, что Тамара Макаровна наотрез отказывается переселяться в дом-интернат для престарелых граждан. Не соблазняют ни круглосуточный присмотр и медицинское обслуживание, ни возможность общаться со сверстниками, смотреть телевизор.
– Даже когда мы оформляем ей путевку в терцентр, где есть возможность ночевать, она все равно вечером – за свой табуретик, и домой поковыляла, – рассказала Марина Анатольевна.
Видать, родные стены ничем пожилой женщине не заменишь. Радостно, что хотя бы в бытовых мелочах ее жизнь не стала хуже.
