Иван и Максим Фроловы — фотографы родом из Горловки, что на Донетчине. Сейчас братья развивают пленочный проект “Східнічер”, через который рассказывают миру о востоке и в целом об Украине как части европейской культуры.
ДОНЕЦКАЯ ОБЛАСТЬ|Кочегарка. О жизни в оккупации, организации выставок в Европе и важности запечатления памяти о родной земле братья Фроловы рассказали специально для Восточного Варианта.
Новости Горловки и Донецкой области в Telegram
Два года юности под оккупацией
В 2014-м году старшему брату Максиму Фролову было 15 лет. Тогда он ездил на спортивные соревнования по маунтенбайку (вид спорта, который включает езду на велосипеде по бездорожью, — ред.). Он вспоминает, как тогда целой компанией друзей катались по степям и терриконам.
В одной из последних поездок на соревнования парень начал замечать, как за окном поезда из Ясиноватой в Полтаву менялась привычная картинка Донетчины.
“Мы проезжали мимо Славянска и видели вражеских боевиков и местных сепаратистов. Тогда фактически уже начинались боевые действия”, — вспоминает он.
Тем временем российские наемники пытались захватить горсовет и райотдел милиции в Горловке. С апреля 2014-го года город оказался в оккупации.
Так и закончились поездки Максима по Украине на спортивные соревнования. Началась российско-украинская война.
“С началом оккупации появилось стойкое ощущение, что жизнь закончилась. Тело живет, но ты ничего не чувствуешь, просто передвигаешься. Большинство близких друзей выехали из города, а ездить свободно по степям стало опаснее”, — вспоминает Максим Фролов.
Читайте также: “Искусство — наш способ говорить о войне”, — братья Фроловы из Горловки о поддержке Украины и сохранении идентичности
Рассказывая о жизни в захваченной Горловке, парень вспоминает, как лично встретился с оккупантами и попал “на подвал”:
“Мне было где-то 16 лет. Помню, кстати, это произошло на День Независимости Украины. Оккупантам не понравилось содержимое моего телефона, когда они проверяли нас с друзьями. Затем нас отправили в подвал, где я провел почти сутки. Меня нашли мама и папа. Выпустили из того подвала только меня, а старшие, совершеннолетние друзья остались там”.
По словам Максима, он начал снова возвращаться к жизни, когда в 2016-м году поехал в Торецк, чтобы оформить украинский паспорт. Дальше жизнь привела в Киев.
Остальные члены семьи оставались в Горловке до 2022-го года, в том числе средний брат Иван. С началом полномасштабной войны вся семья выехала с временно оккупированной территории и вместе поселилась в Нидерландах.
“Успел съездить на последний матч “Шахтера” в Донецке”
Путь Ивана Фролова начался с интереса к футболу. Парень вспоминает, что успел съездить на последний матч “Шахтера” в Донецке, а до этого весь сезон ездил на каждый матч:
“Футбол был важной частью моей жизни, которая прервалась из-за войны. После этого я закрылся в себе. Далее мы были вынуждены с семьей покинуть на время нашу квартиру и прятаться в дачном доме. Как раз немало наших пленочных фотографий посвящены ему”.
До августа 2022-го года Иван жил в Горловке. Жизнь протекала вокруг школы, позже университета, своего района, футбола и друзей — никуда не выезжая за пределы города.
Читайте также: Объятия сильнее войны! Семья с Донетчины — среди лучших фото года по версии National Geographic
В 2018-м году Максим подарил Ивану его первый пленочный фотоаппарат. И с этого началось создание пленочного фотоархива, который в 2025-м году уже положил начало деятельности проекта “Східнічер”.
“Так что я начал находить себя в творчестве, которым занимался дома. Там какие-то просто зарисовки, что-то сфотографировать на цифровую «мыльницу», на телефон. И в целом я пришел к тому, что занимаюсь дизайном. И сейчас это как раз помогает мне в моей деятельности”, — делится Иван.
По словам героя, со временем находиться под оккупацией становилось сложнее. Иван рассказывает, что планировал выехать и в 2019-м году, и в 2021-м, но постоянно происходили события, которые переносили этот план:
“В 2022-м году, переждав принудительную российскую мобилизацию в квартире, не выходя из нее месяцами, мы все-таки с семьей начали собираться эвакуироваться”.
Читайте также: В Киеве пройдет конференция об искусстве Донбасса
Оставаться на ВОТ опасно по множеству причин, одна из которых — полное презрение и жестокость по отношению к местным со стороны россиян, говорит Иван.
“В частности, молодые бойцы российских формирований часто тренируются и бьют дронами по самой Горловке”, — говорит парень.
Развитие проекта “Східнічер”
В 2023 -м году братья начали путешествовать по Европе, снимая новые места на пленку. Во время путешествий появилась идея разархивировать пленочные фотографии Донетчины. И не просто нести людям память о востоке Украины, но еще и таким образом собирать средства на военные сборы друзей.
“Началось все с фотоящиков — два сборника формата А5 и А4. Выглядело это как стальные боксы, в которых помещалось по 10 фотографий. Все средства от продажи шли на военные нужды нашего друга. Благодаря этой инициативе мы познакомились с местной волонтеркой, которая помогла организовать нашу первую выставку в Роттердаме”, — рассказывают Фроловы.
Читайте также: Эхо донецких степей в Киеве ко Дню фольклора
После успешной организации первой выставки братья решили дать название пленочному проекту. На вопрос, почему название “Східнічер”, Иван объясняет:
“В оригинале название «Shidniiture» (на украинском — «Східнічер»). Если переводить дословно, то получится «восточная подпись», то есть полная расшифровка — это два слова. Но люди могут читать по-разному: «східнітюра», «східнітура», «східнатура». Именно поэтому в Instagram, в описании профиля, мы добавили несколько вариантов прочтения нашего названия”.
В данный момент у проекта нет логотипа. Фроловы начали разрабатывать его в сентябре. Ребята говорят, что не хотят иметь наспех сделанный вариант, поэтому сейчас продолжается кропотливая работа над этим.
Создание книги о Донетчине
В прошлом году, в июле, Максим и Иван запустили сбор пленочных фотографий Донецкой области для книги, которая может стать живым воспоминанием о Донетчине, какой они ее запомнили.
“Книга в процессе. Я даже начал обучение по созданию книги, чтобы сделать это правильно. Сейчас я заканчиваю этот курс и уже приобрел навыки, которые, надеюсь, реализую в этом году. Потому что этот процесс также требует поиска финансирования. И эта история с книгой будет иметь благотворительную цель”, — делится Иван.
Читайте также: В конкурсе World Press Photo победил кадр из Мариуполя
Герой рассказал, что фотокнига будет разделена на три части. Первая часть — личный архив. Вторая — присланные фотографии, собранные благодаря открытому сбору фотографий. И третья — фотографии, сделанные на одноразовые пленочные камеры, на которые сейчас снимают 20 человек, среди которых военные, волонтеры и местные жители Донетчины.
Покупка одноразовых пленочных фотоаппаратов или катушек пленки происходит за средства неравнодушных людей, которые донатят на банку. Поэтому все, кто сейчас находится возле прифронта, могут обратиться в “Східнічер”, чтобы собственноручно запечатлеть важные для сердца места. Далее пленку нужно отправить на проявку, которая происходит в партнерстве с одной из фотолабораторий в Киеве.
Братья признаются, что у этой истории не было бы начала, если бы в 2025 году фотонегативы не преодолели путь длиной 2500 км из оккупированной Горловки в Киев. Ребята понимали, что для проведения следующих выставок пленочные фото должны иметь четкое качество, ведь проявление архива до 2020 года не предполагало публичного показа этих фото.
Иностранцы на выставках видят знакомые пейзажи
Максим рассказывает, что нидерландцы на выставках часто проводят параллели с бельгийскими и немецкими шахтами:
“В провинции Лимбург на юго-востоке Нидерландов, например, есть терриконы, поэтому им легче понять, как выглядят наши края. Хотя, конечно, Донетчина выглядит более брутально в промышленном смысле. Сказочного стиля, как у них сейчас, у нас не было”.
Еще одна особенность проекта — на выставках у фотографий никогда нет рамок. В этом также заключается символ свободного степного духа востока Украины, где рамок никогда не было.
Проведение выставок и в целом деятельность проекта позволяют не молчать о потере дома и не оставаться с тяжелыми мыслями наедине, подытоживает Максим Фролов.
Читайте также: В Донецкой области открылась фотовыставка, посвященная Соледару
На Instagram-странице проекта можно задонатить и получить фотографию, которая состоит из трех фотографий шахты “Комсомолец” в Горловке, или сборник фотографий “Карманный Донбасс” в формате зина (самодельное малотиражное издание — ред.), который состоит из 48 страниц. Сборник можно носить с собой или дарить другим. Ребята говорят, что в этом и заключается смысл этого сборника — нести память о доме в люди.
Валерия Круподеря, автор Восточного Варианта
Собранные в рубрике «Блогосфера» мнения могут не совпадать с позицией редакции. Такие материалы отражают исключительно точку зрения автора.
Как сообщалось ранее, жительница Донецкой области спасла уникальные записи народных песен. Архив спасают дальше – его оцифровывают.
