Горловские животноводческие фермы, специализирующиеся на производстве молока, можно пересчитать по пальцам, да и в тех дела идут неважно. Фермеры в Гуртах, поговаривают, собираются избавляться от поголовья, как ранее сделали в Байраке. Корреспондент «Кочегарки» побывала на ферме «Миора», где сейчас насчитывается около семидесяти голов коров.
О ситуации, сложившейся на этом сельхозпредприятии, «Кочегарка» рассказывала несколько лет назад, когда ферму на полгода отключили от электроснабжения. Тогда руководителю «Миоры» И.Л. Матуляку пришлось два года доказывать свою правоту в судах, что удалось сделать только в Высшем административном суде. На адвокатах, говорит, за это время мог бы разориться, поэтому добивался и отстаивал свои права сам, в этом помогла «закалка», полученная в годы советской власти.
В 1949 году село в Ивано-Франковской области, где он родился, сравняли с землей, а людей переселили в Херсонскую область. Иван был тринадцатым ребенком в семье, так что приходилось пробиваться без посторонней помощи. Окончил техникум и Киевскую сельхозакадемию. Три года работал бурильщиком в тундре, затем приехал в Горловку и устроился забойщиком на шахту им. Гагарина, где проработал десять лет. Но уроженца села тянуло на землю, поэтому с распадом СССР решил заняться фермерством. С будущей супругой, Галиной Юрьевной, познакомился в совхозе «Горловский», где она работала ветврачом. Как шутит супруга, взял ферму с ней в придачу. Сейчас она не только ветврач с 43-летним стажем, за что, кстати, заработала пенсию 880 гривен, но и доярка, скотница, пастух и реализатор молока в одном лице и в зависимости от обстоятельств. Штат-то небольшой, всего пять человек, включая сына Руслана. Зимой, когда туго с удоями и деньгами, доят сами. Летом на заготовке кормов штат увеличивается до десяти человек. Молоко реализуют на трех точках в ж/м Солнечный.
Вместе с Иваном Леонтьевичем идем по полю бывшего второго отделения совхоза «Горловский» в ж/м Солнечный, в районе конечной автобуса № 2. Раньше это были поливные земли, на которых высаживалось много овощей. Сейчас оно служит для выпаса скота.
– За двадцать лет это поле пытались забрать у меня трижды, что неудивительно – место хорошее, желающих построить здесь чего-нибудь тоже хватает. Хоть это земли сельхозназначения, в нашем государстве, сами понимаете, все бывает, – говорит Иван Леонтьевич. – В первый раз, когда документы были оформлены на брата, сказали, что у него здесь нет прописки, поэтому, мол, возвращайте землю. Правду пришлось искать в прокуратуре, отстоял. Буквально на днях приезжала комиссия, чтобы проверить, как я использую поле. На этом пастбище сейчас хороший дерновой покров, если я его нарушу, будет пустырь. Нужно подсевать, что я и делаю. Немного клевера, эспарцет, но сейчас это очень накладно. Семена люцерны, например, стоят семь тысяч гривен за тонну. Чтобы обработать всю землю со всеми затратами на горюче-смазочные материалы и выплатой зарплаты, требуется сто тысяч гривен. Собирался это делать, но сейчас на распутье.
– Правительство обещает дотации фермерам. Как относитесь к этим обещаниям?
– Нумерация коров, сделанная в прошлом году, мне обошлась в пять тысяч гривен, пятьдесят процентов государство обещало вернуть. Обманули. Чтобы вернуть эти две с половиной тысячи, нужно судиться, но это опять беготня по судам. На это не остается сил. Сейчас премьер-министр обещает давать за полгода на телку по пятьсот гривен. Может, он говорит и искренне, но стоит только столкнуться с этой волокитой – то в бюджете не заложено, то еще что… Принцип власти у нас всегда был таков: кто стоит выше, считает себя умнее остальных. Мнение фермеров никто не спрашивает, во всяком случае, за двадцать с лишним лет у меня никто не поинтересовался, что я думаю. Сколько лет депутаты «мусолили» земельный кодекс, а сделали его практически никудышным. За время независимости много раз, как говорят, выделялись средства на сельское хозяйство, но я не получил ни гривни…
О состоянии дел фермера наглядно свидетельствует его «Победа» 1953-го года выпуска, старенький трактор с развернутыми внутренностями да коровник с протекающей крышей. Серьезная статья расходов – оплата за электроэнергию и воду. За воду, например, платят по 18 гривен за куб. Электроэнергия обходится в 5 раз дороже, чем населению. Стоимость горюче-смазочных материалов «скачет» из года в год…
– Когда за время вашего фермерства было тяжелее всего?
– Тяжело было всегда, но сейчас еще и непонятно, как поступить. Двадцать один год с четырех утра до десяти вечера без отпусков вместе с женой бьемся, а просвета не видно. Но такая ситуация не только у нас, все знают, что в нашей стране животноводство нерентабельное. Летом доход есть, за зиму он «съедается». Были бы дешевые кредиты, можно было бы рискнуть, привести в порядок хозяйство, поля. Хорошо бы восстановить стадо до 150 голов коров, этого вполне хватит для обеспечения нашего квартала молоком. Но кредиты на нынешних условиях брать зарекся. Один раз взял десять тысяч гривен, а вернул семнадцать. Я думаю, что по-хорошему должен быть создан агробанк, чтобы такие фермеры, как я, могли взять кредит, заложив землю. В случае невозврата государство изымало бы эту землю, и это было бы справедливо. Сейчас взять кредит в банке – это все равно что обречь не только себя, но и родственников.
– Вы реализуете молоко в районе, а не проще было бы сдавать его на молокозавод?
– Мне неоднократно предлагали это сделать, но тогда люди вообще не увидят непастеризованного молока, я, например, уважаю только парное, с ферментами и витаминами, которые после пастеризации пропадают. Участникам боевых действий, афганцам и еще некоторым категориям продаю с 50-процентной скидкой. 8 и 9 мая отпускаю молоко ветеранам бесплатно, такая традиция появилась давно, и отказываться от нее не собираемся.
Пообщавшись с супругами Матуляк, пришла к выводу, что это семья тружеников, которых становится все меньше. Но возраст берет свое, и когда-то им придется отойти от дел. Этот вопрос для них болезненный, потому как преемников нет. Никто не хочет работать в животноводстве, где нужно «вкалывать» от зари до зари. Проблема даже в том, чтобы найти доярку. Но больше всего им досаждают палки в колеса со стороны различных служб и отношение государства к фермерству в целом. Если так дела пойдут и дальше, непастеризованного молока мы с вами действительно не увидим.
