Когда в начале июля исполком Горловки принял решение «Об утверждении сметных расчетов и стоимости бесплатного капитального ремонта жилья инвалидам войны», «Кочегарка» рассказала об этом, упомянув в заметке утвержденные суммы смет, размер которых колебался в пределах 30-80 тыс. грн.
Первым отозвался главный «счастливчик», чей ремонт оценили в наибольшую сумму, 81 тыс. 250 грн. Позвонив в редакцию, инвалид войны В.Н. Попов рассказал, что на самом деле упомянутая в решении цифра близко не стояла рядом с той, которую ему пообещали работники УТСЗН, что-то около 20 тыс. грн. Несколько лет пришлось ветерану обивать пороги чиновничьих кабинетов, а теперь получается, что в доме у него будет не капитальный ремонт, – видимость. Много ли отремонтируешь за такие деньги?
Затем позвонила вдова инвалида войны Г.И. Бирюкова, которая утверждала, что ей на ремонт дома выделили 19 тыс. грн. (а не те 74 тыс., которые были утверждены исполкомом). При этом фактически материалов, по ее подсчетам, использовали на 6 тыс. 500 грн. Понятно, что специалистам надо платить, но ведь они же работу не доделали! Трубу от водяного бака отрезали и бросили – как теперь отопление включать? Сама Галина Ивановна едва передвигается, на костылях да в инвалидной коляске…
Смета «большая» и смета «маленькая»
Далее последовала реакция со стороны Центрально-Городского УТСЗН, в лице начальника отдела по вопросам обслуживания инвалидов, ветеранов войны и труда Т.Г. Сугробовой. Мягко говоря, недоумевающая. По ее словам, исполком утвердил лишь так называемую локальную смету, которая составляется на общую площадь жилья. Потому что есть «Порядок проведения бесплатного ремонта», утвержденный постановлением Кабмина № 565 от 20 мая 2009 года. Согласно которому льготник имеет право на бесплатный ремонт только 21 квадратного метра жилья, и не больше. А чтобы определить, во сколько обойдется ремонт одного квадратного метра, составляется сначала большая смета, на ремонт всего дома, с учетом всех работ, которые необходимо выполнить.
– К сожалению, в нашем регионе не разработана стоимость квадратного метра капитального ремонта, хотя «Порядок…» обязывает ее использовать, – заметила Татьяна Григорьевна. – Так что заранее стоимость бесплатного ремонта нам неизвестна, ее можно определить лишь по окончании работы, когда представители УКСа проверят объемы и качество.
Утвержденную исполкомом сметную стоимость делят на общую площадь жилья льготника. Данная сумма умножается на 21, получается сумма, на которую ветеран может реально претендовать. А уж что там надо сделать в первую очередь, человек выбирает сам. То ли крышу залатать, то ли сантехнику поменять, то ли отремонтировать систему отопления. Так что указанная в решении исполкома сумма из бюджета выделена не будет. Реально каждому ветерану приходится рассчитывать от силы на 20 тыс. грн. А на весь Центрально-Городской район еще в начале года было выделено 107 тыс. 900 грн.
Не знаю, что тут больше наводит на размышления. То ли этот механизм расчетов, о котором непосвященный человек вряд ли знает, то ли возмущение ветеранов, то ли странная недосказанность в решении горисполкома. Ведь любому понятно, что если в тексте упоминаются две цифры, первая – «сметные расчеты» и вторая – «стоимость бесплатного капитального ремонта», то они обе должны быть четко зафиксированы. Иначе зачем упоминать? Тем более если обе имеют окончательный характер и изменению не подлежат. Здесь же одну утвердили, а вторую оставили на «потом». Но не случайно же «Порядок проведения ремонтов» требует, чтобы «стоимость трудовых и материально-технических ресурсов», использованных в ходе бесплатного ремонта, не превышала средней цены, сложившейся в регионе. Информация на этот счет предоставляется органами статистики. Если ее нет, от чего отталкиваться? Не станет же представитель УКСа, проверяющий выполнение работ, отковыривать плинтус и отдирать наклеенные обои, чтобы проверить наличие штукатурки и обойного клея именно той марки и по той цене, которую исполнители включили в смету?
Два пишем, три на ум пошло?
Кстати, о смете разговор особый. Г.И. Бирюкова, у которой я побывала дома после того, как ремонт у нее был завершен, как раз насчет сметы и высказывала недоумение. В том смысле, что непонятный какой-то документ. Принесли ее, говорит, в готовом виде, положили на холодильник, ничего не объясняя. Видов работ в ней много, только цены не совсем совпадают с реальными. Например, если бы Галина Ивановна сама купила новую газовую плиту, она бы обошлась ей в 1300 грн. В смете стоимость плиты, вместе с монтажом, указана 1539 грн. Колонка газовая, ценой в 1350 грн., обозначена в смете по цене вместе с установкой в 1816 грн. Кроме того, включены в нее демонтаж и установка ванны, хотя ванну даже не закрепили, шатается. Мойка на кухне, купленная Галиной Ивановной, установлена была одна, а в смете почему-то значится, кроме мойки, еще и умывальник, которого нет.
Да чего только там нет! Шпатлевание стен и потолков, разборка цементной стяжки пола, оклейка стен обоями. А цены! К примеру, обычный мастер берет за работу по наклейке обоев по цене рулона. На тот случай, чтобы не остаться в убытке, если придется переклеивать. Здесь же Галина Ивановна купила 11 рулонов за 330 грн., а их наклейку оценили аж в 1043 грн. (140 грн. за снятие старых, 524 грн. за оклейку стен и 379 грн. за оклейку потолков).
Закончились, едва начавшись
Действительно, не будучи специалистом в области строительства, разобраться во всем этом сложно. Гораздо легче понять чувства Г.И. Бирюковой, которая, позвонив в собес, чтобы узнать, когда у нее планируют продолжать ремонт, услышала, что ремонт уже… закончен! Выделенные деньги израсходованы.
Так что полы из прогнившего крагиса остались, как были, окна стоят старые, не крашены, не штукатурены. В общем, дальше порога в кухне и ванной комнате никто не проходил. Какой же это капитальный ремонт?! Когда Галине Ивановне предложили подписать документы насчет выполненных работ, не стала она ничего подписывать. Теперь сидит и не знает, что делать?
Наверно, только так вот, на конкретном примере, и можно понять, почему крохотной газетной публикацией все оказались недовольны. Потому что все здесь получается шиворот-навыворот. Сначала «наверху» в субвенцию заложили непонятную сумму 107 тыс. 900 грн., имеющую слабое отношение к реальным потребностям района в бесплатных капитальных ремонтах. Затем в области не потрудились определить среднюю для Донбасса стоимость работы и материалов (кстати, в других городах такая же ситуация, как в Горловке?). На месте сначала сделали ремонт, потом определили, во сколько обошелся. И даже та смета, которую принесли Галине Ивановне, оказалась «черновой», в чем ее уведомила комиссия, присланная городским головой И.А. Сахарчуком разбираться с ее жалобой. А в настоящей смете, которая фигурирует в отчетных документах, суммы другие. После этого мы видим, что ветераны чем-то недовольны, и теряемся в догадках, что им, собственно, не нравится?
Хотя что тут догадываться, когда все и так понятно. Когда рассчитываешь на 19 тыс., а реально, в виде материалов, получаешь 6,5 тыс., потому что остальное съедают налоги (20 процентов НДС в этой сумме тоже заложены), зарплата рабочим и всевозможные официальные накрутки, конечно, остается ощущение обмана. В конце концов, уж отдавали бы эти деньги людям на руки, и пусть бы каждый с ними делал, что хочет. То ли «шабашников» нанимал, то ли «фирмачей», то ли вообще своими силами ремонтировал. Г.И. Бирюкова уверена, что за 19 тыс. могла бы выполнить у себя настоящий капитальный ремонт. А с того, что ей сделали «от имени и по поручению» государства, толку, действительно, мало.
