Эта фотография была сделана еще в царское время – в 1916 году, когда изображенный на ней Герасим Иванович Стерлигов вернулся домой с фронтов Первой мировой войны в родное село Горелка, что в Воронежской области. Вернулся весь израненный, но с несломленным духом.
Судьба уберегла от смерти отважного солдата, а пять пулевых ранений, из которых три сквозные, лишь закалили его характер. Об этом свидетельствуют и награды, полученные за проявленное личное мужество. «Вся грудь – в крестах», – так говорили о тех, кто, как и Герасим Иванович Стерлигов, был награжден четырьмя Георгиевскими крестами: 4-й, 3-й, 2-й и 1-й степени и тем самым удостоился чести носить гордое и очень почетное в то время звание полного Георгиевского кавалера. На этом снимке рядом с героем Первой мировой его верная и любимая супруга Анна Андреевна.
А принес в редакцию это старое фото внук Герасима Ивановича – горловчанин Евгений Викторович Стерлигов. Он и рассказал о своем героическом дедушке, дальнейшая судьба которого была, к сожалению, очень непростой и нелегкой. В годы гражданской войны Г.И. Стерлигов какое-то время служил в армии Деникина. Это уже сейчас, в наше время, роль и место генерала Белой гвардии в истории России переосмыслены, и ему отдается дань уважения. Несколько лет тому назад прах Деникина был перезахоронен на кладбище Донского монастыря в Москве, а надгробие на могиле офицера-белогвардейца установлено на личные деньги Владимира Путина, возложившего к ней цветы. А в первые, да и последующие годы Советской власти известно какое было отношение к тем, кто пытался противостоять свершившимся в стране переменам. Тем не менее «красный террор» и репрессии вначале обошли стороной полного Георгиевского кавалера Стерлигова. Участие в Белом движении «аукнулось» ему только в 1929 году, когда новая власть решила ускоренными темпами осуществить сплошную коллективизацию сельского хозяйства и ликвидировать «последний эксплуататорский класс» – кулачество.
– На проводившемся в селе собрании по поводу необходимости коллективизации, – рассказывает Евгений Викторович, – старший сын моего деда Павел выступил с возражениями против создания колхоза. За это его вместе с дедом лишили избирательного права. Дедушка посчитал такое наказание незаконным и написал жалобу-протест в Москву. Но реакция на это письмо была совсем не такой, как он ожидал, – дед был раскулачен и репрессирован. В 1930-м к дому подъехала конная милиция и всю семью вместе с несколькими детьми, в том числе и малолетними, этапировали на поселение в Архангельскую область. Дед и дальше пытался добиться справедливости и писал «наверх» о том, что был раскулачен несправедливо. Но ничего так и не добился, оставаясь в глазах той власти «врагом народа» и «царским приспешником». Реабилитирован он был только после смерти Сталина – в 1956 г.
В Горловку, где еще до его реабилитации уже обосновался мой отец, Виктор Герасимович, дедушка приехал в 1965-м. И прожил он здесь еще немало, а умер в 1972 г. – в день своего 85-летия.
Нелегкая судьба деда и его «ошибки» молодости сказались и на судьбе моего отца. В 1943-м году он 17-летним пареньком был призван в Красную Армию. Его, закончившего курсы комбайнеров, определили в танковые войска. С боями отец дошел до Одера, где участвовал в жесточайшем сражении уже в звании старшины и в должности командира танкового экипажа. Затем в 1944-м войсковая часть, в которой он служил, была направлена на Дальний Восток, но с японцами повоевать не довелось. После войны отец без проблем – все-таки танкист-фронтовик – поступил в Ульяновское танковое училище. Но закончить его не смог: представитель «компетентных органов» предложил курсанту написать «отказную» в связи с осуждением своего отца. Даже понимая, что ставит крест на дальнейшей карьере военного, папа не стал этого делать и, разумеется, был отчислен из состава курсантов училища. Но тем самым, я считаю, он сберег честь нашей семьи, семьи Стерлиговых. И мы все ему за это благодарны.
Вот такие были времена, такой непростой, а порой и жестокой была история и страны, и тех, кто ее защищал от врагов, а затем работал для ее блага и процветания.
М. ГУБАШ
Коментарі закриті.